Компенсация за нарушение прав на несколько товарных знаков одного правообладателя

Когда правообладатель товарного знака не сможет взыскать компенсацию за его использование третьими лицами?

Юрист патентно-адвокатского бюро “Гардиум”

специально для ГАРАНТ.РУ

Компенсация как способ защиты исключительных прав на товарный знак набирает все большую популярность. Вместе с тем ведение судебного процесса связано со значительными издержками, поэтому перед инициированием разбирательства важно понимать перспективы удовлетворения исковых требований.

Рассмотрим случаи, когда у правообладателя может не получиться взыскать компенсацию за использование принадлежащего ему товарного знака с третьих лиц.

Третьи лица использовали товарный знак правообладателя до принятия Роспатентом решения о его регистрации

Срок от подачи заявки на регистрацию товарного знака до принятия Роспатентом соответствующего решения может составить более 12 месяцев. Поскольку процедура регистрации товарного знака достаточно продолжительная, предприниматели задаются вопросом, можно ли взыскать с третьих лиц компенсацию за использование принадлежащих им товарных знаков за тот период, когда заявка уже подана, но Роспатент еще не принял решение о регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 1491 Гражданского кодекса исключительное право на товарный знак действует в течение 10 лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в Роспатент.

Исходя из данной нормы, исключительное право на товарный знак возникает после подачи заявки в Роспатент. Следовательно, использование третьими лицами принадлежащего правообладателю обозначения после подачи заявки, но до принятия решения Роспатентом о регистрации товарного знака должно признаваться нарушением его исключительного права. Таким образом, предприниматели полагают, что могут взыскивать компенсацию за несанкционированное использование принадлежащих им товарных знаков в указанный период.

Вместе с тем судебная практика по данному вопросу сложилась неоднозначная. Поэтому рассмотрим случаи, когда при аналогичных обстоятельствах суды приходили к совершенно противоположным выводам.

Так, 2 сентября 2014 года ООО “Студия анимационного кино “Мельница” подало в Роспатент заявку на регистрацию в качестве товарного знака обозначения “Три богатыря. Ход конем”. До принятия Роспатентом решения о регистрации студии стало известно, что третье лицо без ее согласия реализует DVD-диски и раскраски под указанным обозначением. Тогда студия произвела закупку контрафактных товаров, чтобы зафиксировать факт нарушения своих исключительных прав.

После принятия Роспатентом решения о регистрации товарного знака студия обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак. Исковое заявление было удовлетворено. При этом суды отклонили довод ответчика о том, что использование обозначения до его регистрации в качестве товарного знака не может рассматриваться как нарушение исключительных прав правообладателя (постановление Суда по интеллектуальным правам от 7 июня 2017 г. по делу № А08-2700/2016).

В другом деле суды пришли к противоположным выводам.

14 сентября 2012 года ООО “Маша и Медведь” подало заявку на регистрацию двух изобразительных товарных знаков. После подачи указанных заявок, но до даты принятия Роспатентом решения о регистрации компании стало известно, что ее права нарушаются третьими лицами. Чтобы зафиксировать факт нарушения своих прав, компания произвела закупку контрафактных товаров.

Основываясь на п. 1 ст. 1491 ГК РФ, компания посчитала, что ее исключительные права на зарегистрированные товарные знаки действуют с момента подачи соответствующих заявок, а, значит, подлежат защите. Поэтому после принятия решения о регистрации заявленных обозначений в качестве товарных знаков компания обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 505856 и № 505857.

В результате компании не удалось взыскать компенсацию за использование принадлежащих ей обозначений. Судом по интеллектуальным правам было отмечено, что в соответствии со ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак принадлежит лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак. При этом совершенные другими лицами до государственной регистрации товарного знака действия по использованию сходного обозначения не являются нарушением исключительного права и к таким лицам не могут быть применены меры ответственности, предусмотренные гражданским законодательством (постановление Суда по интеллектуальным правам от 17 февраля 2017 года № С01-1271/2016 по делу № А71-990/2016).

Истек срок исковой давности для предъявления требований о взыскании компенсации

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с Постановлением Президиума ВАС РФ от 2 апреля 2013 года № 15187/12 по делу № А42-5522/2011 законом не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, в связи с чем к требованиям о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака подлежит применению общий срок исковой давности.

Таким образом, требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака должны быть заявлены в течение трех лет с момента, когда правообладателю стало известно о нарушении его исключительных прав. В противном случае правообладателю может быть отказано в удовлетворении требований о взыскании компенсации.

Так, ООО “Девелопмент” обратилось в суд с требованием к ОАО “Сбербанк России” о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 335609 “Мы всегда рядом”. В процессе судебного разбирательства банк заявил о пропуске срока исковой давности. Поскольку требование компании было заявлено по истечении трехгодичного срока, суд отказал в удовлетворении исковых требований (постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 декабря 2013 года № С01-300/2013 по делу № А40-221/2013).

Произошло исчерпание исключительных прав правообладателя на товарный знак

Согласно ст. 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Данный принцип исчерпания права означает, что предприниматель не может препятствовать использованию знака применительно к тем же товарам, которые введены в гражданский оборот им самим либо с его согласия. То есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Так, истцу принадлежал товарный знак “Русмаш” по свидетельству № 473042, и ему стало известно, что ответчиком реализуется товар, на упаковку которого нанесено изображение, сходное до степени смешения с принадлежащим ему товарным знаком. Истец обратился в суд с иском о взыскании компенсации.

В процессе судебного разбирательства было установлено, что ответчик приобрел данные товары у третьего лица. При этом само третье лицо приобрело указанные товары у Истца. Таким образом, ответчик реализовывал товары, произведенные и введенные в гражданский оборот самим правообладателем спорного товарного знака. Поскольку произошло исчерпание исключительного права, истцу было отказано во взыскании компенсации с ответчика (постановление Суда по интеллектуальным правам от 30 ноября 2018 г. № С01-946/2018 по делу № А03-19009/2017).

Потребители не смогут спутать товары правообладателя и товары третьего лица

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Исходя из данной статьи, нарушением исключительных прав правообладателя на товарный знак является такое использование, при котором возникает вероятность смешения. То есть необходимо доказать, что потребители могут спутать товары правообладателя и товары третьего лица. В противном случае взыскать компенсацию за использование товарного знака не получится.

Так, ООО “Манго Телеком” принадлежат товарные знаки по свидетельствам № 566451, № 467758, № 467759, № 235044, № 242054, включающие в себя словесные элементы “Манго Телеком”, “MangoTelecom”, “Mango Tele.com” и “Mango Office”. Под данными обозначениями осуществляет свою деятельность одна из крупнейших телекоммуникационных компаний Российской Федерации. Ей стало известно, что другая компания, ООО “Джентельменские решения”, в своей рекламе указывает на то, что ее сервис является аналогом сервиса “Манго телеком”.

Результатом стал судебный иск с требованием о взыскании компенсации, однако в его удовлетворении суд отказал, ссылаясь на то, что в тексте рекламной ссылки имеется прямое указание на то, что сервис ответчика является аналогом сервиса истца, а не самим сервисом “Манго телеком”, в связи с чем указанные сервисы нельзя перепутать (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 9 июля 2018 г. № 09 АП-27975/2018-ГК по делу № А40-81716/17).

Правообладатель использует товарный знак исключительно с целью взыскания компенсации с других участников экономической деятельности

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании ст. 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 29 от 26 марта 2009 г. “О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации”).

Поскольку основной функцией товарных знаков является индивидуализация товаров, то суды признают злоупотреблением правом действия правообладателей по аккумулированию товарных знаков и их использованию исключительно с целью взыскания компенсации с других участников экономической деятельности. Соответственно, в удовлетворении требований о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак такому правообладателю будет отказано (постановление Суда по интеллектуальным правам от 24 июля 2018 г. № С01-422/2018 по делу № А28-5685/2017).

Нарушены права правообладателя одновременно по 4-ём знакам. Иск подан на компенсацию только по одному

Здравствуйте! В 2014 году я, как ИП ввёз на таможенную территорию товар трех артикулов, более 5000 единиц. Таможня подала в суд о привлечении меня по ст.14.10. В деле выявлены нарушения по четырем знакам одного правообладателя. Сейчас правообладатель подал иск на компенсацию сославшись на материалы дела суда 2014, но только по одному из 4-х знаков. Вопрос. Может ли правообладатель впоследствии подать иски на компенсацию по остальным 3-ём знакам ссылаясь на дело 2014г.и на то же количество ввезённого товара? Компенсацию требует в части от 10 тыс.до 5 млн.

Ответы юристов ( 3 )

Может ли правообладатель впоследствии подать иски на компенсацию по остальным 3-ём знакам ссылаясь на дело 2014г.и на то же количество ввезённого товара?
Александр

Да, может. Т.к. было нарушено его право по каждому знаку в отдельности, каждому знаку предоставляется правовая охрана.

Избежать этого можно, если товарные знаки схожи между собой и не имеют значительных отличий, более подробно можно посмотреть в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав.

Утверждён
Президиумом Верховного Суда
Российской Федерации
23 сентября 2015 г.

32. Незаконное размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе является нарушением исключительных прав
на каждый товарный знак.
Общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с
иском к индивидуальному предпринимателю о взыскании с него 30 000 руб.
компенсации за нарушение исключительных прав на три товарных знака,
размещенных на реализованном предпринимателем товаре (альбоме) без согласия правообладателя.
Решением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения
арбитражным судом апелляционной инстанции, требования истца удовлетворены частично, с предпринимателя в пользу общества с ограниченной ответственностью взыскано 10 000 руб. компенсации. При этом суды исходили из реализации ответчиком одного товара, учли однократный характер нарушения и отсутствие сведений о ранее допущенных ответчиком нарушениях.
Арбитражный суд кассационной инстанции отменил решение арбитражного
суда первой инстанции и постановление арбитражного суда апелляционной
инстанции в части размера компенсации, удовлетворил требования истца в полном объеме.
При этом арбитражный суд кассационной инстанции указал, что суды,
взыскивая компенсацию в минимальном размере, не учли, что каждый из трех
товарных знаков является самостоятельным объектом исключительных прав,
подлежащих защите.
В соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права
на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств
индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый
неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.
Размещение нескольких товарных знаков на одном материальном носителе в
этом случае является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак.

В результате неправильного исчисления компенсации за незаконное использование принадлежащих истцу товарных знаков суды взыскали компенсацию за нарушение исключительных прав в размере ниже низшего предела, установленного подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.
С учетом изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию
компенсация в размере 30 000 руб. (по 10 000 руб. за факт нарушения
исключительных прав на каждый товарный знак).

(Судебные акты по делам № А71-3897/2013, А14-7679/2013, А46-116/2014,
А43-23328/2013, постановление Президиума ВАС РФ от 27 ноября 2012 г.
№ 9414/12; постановление Суда по интеллектуальным правам от 5 августа
2014 г. № С01-525/2014 по делу № А50-16204/2013)
33. Если защищаемые товарные знаки фактически являются группой
(серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Читайте также:  Ринит: что это такое, симптомы и лечение, как лечить антибиотиками, признаки

Статья 1252 ГК РФ. Защита исключительных прав (действующая редакция)

1. Защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования:

1) о признании права – к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи – к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя – к нарушителю исключительного права.

2. В порядке обеспечения иска по делу о нарушении исключительного права могут быть приняты соразмерные объему и характеру правонарушения обеспечительные меры, установленные процессуальным законодательством, в том числе может быть наложен арест на материальные носители, оборудование и материалы, запрет на осуществление соответствующих действий в информационно-телекоммуникационных сетях, если в отношении таких материальных носителей, оборудования и материалов или в отношении таких действий выдвинуто предположение о нарушении исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации.

3. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

4. В случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

5. Орудия, оборудование или иные средства, главным образом используемые или предназначенные для совершения нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению за счет нарушителя, если законом не предусмотрено их обращение в доход Российской Федерации.

5.1. В случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

Иск о возмещении убытков или выплате компенсации может быть предъявлен в случае полного или частичного отказа удовлетворить претензию либо неполучения ответа на нее в тридцатидневный срок со дня направления претензии, если иной срок не предусмотрен договором.

Не требуется предъявления правообладателем претензии до предъявления им требования, указанного в подпунктах 1, 2, 4 и 5 пункта 1 и пункте 5 настоящей статьи.

6. Если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Если средство индивидуализации и промышленный образец оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации или промышленный образец, исключительное право в отношении которого возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного, выставочного или иного приоритета средство индивидуализации или промышленный образец, в отношении которого установлен более ранний приоритет.

Обладатель такого исключительного права в порядке, установленном настоящим Кодексом, может требовать признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку, знаку обслуживания, признания недействительным патента на промышленный образец либо полного или частичного запрета использования фирменного наименования или коммерческого обозначения.

Для целей настоящего пункта под частичным запретом использования понимается:

в отношении фирменного наименования запрет его использования в определенных видах деятельности;

в отношении коммерческого обозначения запрет его использования в пределах определенной территории и (или) в определенных видах деятельности.

6.1. В случае, если одно нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации совершено действиями нескольких лиц совместно, такие лица отвечают перед правообладателем солидарно.

7. В случаях, когда нарушение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации признано в установленном порядке недобросовестной конкуренцией, защита нарушенного исключительного права может осуществляться как способами, предусмотренными настоящим Кодексом, так и в соответствии с антимонопольным законодательством.

Компенсация за нарушение исключительных прав (ч. 1)

Содержание:

  1. Понятие специальной (альтернативной) компенсации
  2. Судебная практика
  3. Печальные последствия правоприменения
  4. Выводы

Понятие специальной (альтернативной) компенсации

Одним из видов ответственности за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации является специальная (альтернативная) компенсация, предусмотренная п. 3 ст. 1252 ГК РФ. Законодатель наделяет обладателя исключительных прав [1] , исключительные права которого нарушены, полномочием требовать от нарушителя выплаты данной компенсации вместо возмещения убытков. Иногда из-за этого в литературе нередко применяется термин «альтернативная компенсация».

Альтернативная компенсация — это «санкция за бездоговорное (в том числе недоговорное) гражданское правонарушение» [2] , как отмечается в комментарии к ч. 4 ГК РФ под редакцией А. Л. Маковского. При этом в п. 3 ст. 1252 ГК РФ отдельно указано, что обладатель исключительного права вправе требовать взыскания компенсации как за каждый случай неправомерное использования, так и за всё нарушение в целом. Особенность специальной компенсации в том, что для её взыскания не требуется доказывать размер причинённых убытков.

Достаточно лишь доказать сам факт наличия нарушения (в виде незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации) и наличие, собственно, исключительных прав (согласно правовой позиции, изложенной в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2006 N 15 “О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах”, применяющейся, в т.ч. к правам на средства индивидуализации):

В связи с этим при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований указанного “Закона” при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. При этом необходимо исходить из презумпции авторства, предусмотренной “статьей 9” Закона Российской Федерации “Об авторском праве и смежных правах”.

Таким образом, истцу не требуется доказывать неправомерность использования результата интеллектуальной деятельности ответчиком – наоборот, ответчик должен доказать соблюдение положений законодательства, т.е. правомерность использования результата интеллектуальной деятельности (или средства индивидуализации). Поскольку Постановление было вынесено до вступления в силу ч. 4 ГК РФ, то суд отсылает к действовавшему на тот момент закону. Следует отметить, что толкования, изложенные в этом Постановлении широко применяются и сейчас, в том числе, и арбитражными судами (например, см. Определения об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ по делам № А60-17207/2009, № А32-29617/2011). Также надлежит обратить внимание, что несмотря на название Постановления ВС РФ, указывающее на разъяснения в отношении законодательства об авторских и смежных правах, оно также применяется и в отношении товарных знаков. Примеры подобного применения можно найти в Постановлении ФАС Московского округа по делу № А41-456/12, Постановлении Суда по интеллектуальным правам по делу № А40-135701/2012 и многих других судебных актах. Указанная компенсация может определяться:

  1. в размере от 10000 руб. до 5000000 руб., определяемом судом исходя из конкретных обстоятельств дела;
  2. в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В первом случае, о котором и пойдёт речь в настоящей статье, размер компенсации может варьироваться исходя из конкретных обстоятельств дела и усмотрения суда. В п. 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление 5/29) разъяснено, что:

размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Однако, законодателем установлен “фиксированный” нижний предел обозначенной компенсации – 10 тысяч рублей. Данное обстоятельство находит отражение в ст. 1301, 1311, 1515, 1537 ГК РФ, а также в упомянутом п. 43.3 Постановления 5/29. Из этого следует, что компенсацию ниже этой суммы суд просто не вправе взыскать. При этом следует обратиться к последнему абзацу п. 3 ст. 1252 ГК РФ, которая гласит:

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

При этом, исходя из данной нормы не совсем очевидно, что же имел в виду законодатель под “каждым случаем”. Можно ли, например, считать, что 10 неправомерно распространённых фонограмм даже путём одного неправомерного действия (например, путём розничной реализации одного компакт-диска с 10 фонограммами) образуют 10 случаев неправомерного использования? И ответ был дан правоприменителями – судами.

Читайте также:  10 животных, у которых можно поучиться верности и любви

Судебная практика

Судебная практика по защите исключительных прав даёт положительный ответ на этот вопрос. В качестве эталонного разрешения спора в отношении компенсации за нарушение исключительных прав на объекты авторских и смежных прав, хотелось бы отметить дело № А23-4426/09Г-20-238. По данному спору Президиум ВАС РФ вынес Постановление № 10521/10, которым изменил Постановление ФАС Центрального округа в части именно размера компенсации, указав, что:

Изменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части размера компенсации, суд кассационной инстанции признал компакт-диск формата МР3 «Лучшее Михаил Круг МР3» новым единым сложным самостоятельным произведением, поэтому минимальный размер компенсации определил, исходя из нарушения ответчиком прав на один сложный объект. Однако этот вывод не соответствует пункту 1 статьи 1240 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащему исчерпывающий перечень сложных объектов (кинофильмы, иные аудиовизуальные произведения, театрально-зрелищные представления, мультимедийные продукты, единые технологии), право использования которых принадлежит лицу, организовавшему создание сложного объекта. Компакт-диск, содержащий музыкальные произведения и фонограммы, представляет собой материальный носитель, используемый для их воспроизведения, и не является самостоятельным объектом авторского права. В результате суд кассационной инстанции взыскал компенсацию за нарушение исключительных прав в размере ниже низшего предела, установленного пунктом 3 статьи 1252, статьями 1301 и 1311 Гражданского кодекса Российской Федерации, что не соответствует разъяснениям, содержащимся в пункте 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации». Правообладатель требовал взыскания компенсации за каждый случай неправомерного использования произведений, при этом суд вопрос о возможности взыскания компенсации за правонарушение в целом не рассматривал.

При этом в конце указанного Постановления ВАС РФ особо отмечено, что такое толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел. Как усматривается из вышеизложенного, суд указал, что каждое музыкальное произведение и фонограмма на компакт-диске является отдельным случаем неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности и, следовательно, если истец требует взыскания за каждый случай неправомерного использования, то суд не вправе взыскать компенсацию менее 10 000 за каждый случай неправомерного использования, но не выше заявленного истцом требования. В отношении нарушения прав на товарные знаки аналогичное Постановление ВАС РФ № 9414/12 от 27 ноября 2012 г. по делу по делу № А13-8185/2011, отметив:

Однако, взыскивая компенсацию в предусмотренном статьями 1252 и 1515 Гражданского кодекса минимальном размере, суд апелляционной инстанции не учел, что каждый из десяти товарных знаков является самостоятельным объектом исключительных прав, подлежащих защите. Пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса установлено, что правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом. Компания требовала взыскания с предпринимателя компенсации за каждый случай неправомерного размещения им товарного знака. При этом размещение нескольких товарных знаков на одном материальном носителе в этом случае является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак. В результате неправильного исчисления компенсации за незаконное использование принадлежащих истцу товарных знаков суды апелляционной и кассационной инстанций взыскали компенсацию за нарушение исключительных прав в размере ниже низшего предела, установленного пунктом 1 статьи 1515 Гражданского кодекса, что не согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 43.3 постановления от 26.03.2009 № 5/29.

Вместе с тем существует также очень интересная (и полезная при противодействии злоупотреблениям правообладателей) практика снижения размера компенсации в случаях, когда количество контрафактных экземпляров существенно, а количество объектов интеллектуальных прав, права на которые нарушены, невелико. Так, по делу № А50-19637/2012 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд изменил решение АС Пермского края, снизив размер компенсации с 1100 000 рублей до 200 000 рублей, отметив, что при наличии на 55 (одинаковых) контрафактных бутылках 2 товарных знаков, за нарушение исключительных прав на которые, подлежит взысканию компенсация, взыскивать требуется исходя из того, что нарушены исключительные права на 2 товарных знака, следовательно, имеется 2 случая правонарушения, а не 110. Вот цитата из Постановления:

ответчиком допущены два нарушения при хранении и реализации 55 бутылок контрафактной продукции; факт использования товарных знаков, принадлежащих истцу, установлен однократно, то есть в данном случае имеются два правонарушения (в отношении двух товарных знаков, как объектов охраны исключительных прав). Нормы действующего законодательства не содержат указаний о необходимости умножения количества товарных знаков на количество материальных носителей для определения случаев неправомерного размещения товарного знака и присуждения компенсации, предусмотренной пп. 1 п .4 ст. 1515 ГК РФ за каждый определенный таким образом случай.

ФАС Уральского округа, рассматрев кассационную жалобу по данному делу, оставил Постановление 17 ААС без изменения, указав, что:

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что под каждым случаем использования товарного знака следует понимать случай введения в гражданский оборот единицы товара, маркированного товарным знаком или сходным с ним обозначением, подлежит отклонению. Суд апелляционной инстанции на основании вышеприведенных норм права правильно квалифицировал хранение 55 бутылок продукции с незаконным использованием товарных знаков «Зеленая марка» и «Главспирттрест» как единое нарушение исключительного права истца на каждый из них, независимо от количества маркированной продукции, на которых были размещены указанные товарные знаки, поскольку нормы действующего законодательства не содержат указаний о необходимости умножения количества товарных знаков на количество материальных носителей для определения случаев неправомерного размещения товарного знака и присуждения компенсации, предусмотренной пп.1 п.4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Автор данной статьи целиком и полностью разделяет выводы, изложенные в постановлениях 17 ААС и ФАС Уральского округа по вышеуказанному делу. Можно выразить робкую надежду на то, что пока законодатель не установит действительно справедливый механизм расчёта специальной компенсации, суды будут не просто применять закон, но и, прежде всего, руководствоваться принципами разумности, вынося подобные замечательные судебные акты.

Печальные последствия правоприменения

Вышеуказанные особенности в настоящий момент привели к тому, что правообладателям в случае нарушения исключительных прав на, например, аудиовизуальные произведения, музыкальные произведения или фонограммы, в большинстве случаев проще и выгодней требовать взыскания именно специальной (альтернативной) компенсации. Данный вид компенсации чрезвычайно востребован среди представителей различных правообладателей, таких как ООО “Маша и Медведь” (в лице НП “Эдельвейс”), “Robert Bosch” GmbH (в лице ООО “Медиа-НН”), “Smeshariki” GmbH и многими другими. И в самом деле – это крайне удобный способ практически гарантированного получения законного и обоснованного решения о взыскании с нарушителя многозначных сумм за, казалось бы, незначительные правонарушения. Например, при продаже контрафактного товара, например, компакт-диска с фонограммами, исключительные смежные права на которые принадлежат истцу, истец вправе взыскать с нарушителя компенсацию в размере произведения количества таких фонограмм на 10 000 рублей. Соответственно, если таких фонограмм 100, то в случае требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных смежных прав за каждый случай использования фонограммы из расчёта 10 000 рублей за каждую фонограмму, суд не вправе будет взыскать сумму, меньшую 1 000 000 руб. Чтобы не быть голословным, сразу же приведу примеры: только среди тех дел, в которых автор участвовал лично, можно отметить такие, как дело № А11-9301/2011, где АС Владимирской области удовлетворил требования истца в размере 1 170 000 рублей; дело № А43-9226/2012 – сумма компенсации по которому составила 1 310 000 руб. И это лишь пара дел из десятков тысяч. Законны ли подобные решения судов? Да, безусловно. Соответствует ли подобная компенсация реальным последствиям правонарушения, которое выразилось в розничной реализации одного компакт-диска, неправомерно введённого в гражданский оборот? Является ли такой размер справедливым и соразмерным? Сомневаюсь, что можно положительно ответить на эти вопросы. Вероятно, в качестве смягчения участи “без вины виноватых” нарушителей, Президиум ВАС РФ принял во многом революционное и неожиданное Постановление по делу № А40-82533/2011, указав, что при определении размера компенсации следует учитывать возможность привлечения к ответственности правообладателем всех известных нарушителей его права, и при отказе истца-правообладателя от привлечения в качестве соответчика другого известного нарушителя – определить минимальный размер компенсации. Данному Постановлению планируется посвятить отдельный обзор.

Выводы

Из вышеизложенного следует, что в рамках нынешнего законодательства специальная компенсация за нарушения исключительных прав – мощный инструмент воздействия на нарушителей. В рамках рассмотрения споров о привлечении к ответственности нарушителей требуется установить:

  • наличие у истца исключительных прав либо права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на основании исключительной лицензии
  • факт использования ответчиком результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации
  • правомерность либо неправомерность указанного использования, при этом презюмируется неправомерность использования

Законодателем и сложившейся судебной практикой в крайне невыгодное положение поставлены нарушители исключительных прав. В случае, если нарушены исключительные права на большое количество результатов интеллектуальной деятельности либо средств индивидуализации, и правообладатель заявляет требование о взыскании компенсации за каждый случай неправомерного использования, то минимальный размер компенсации будет равен произведению количества неправомерно использованных объектов на сумму компенсации в 10 тысяч рублей.

  1. ↑По смыслу ст. 1254 ГК РФ, обладатель исключительной лицензии также может защищать нарушенные третьими лицами права, предоставленные ему по лицензионному договору правообладателем. Также согласно п. 43.5 Постановления 5/29 такими полномочиями наделён “бывший правообладатель”, обладавший исключительными правами на момент совершения правонарушения
  2. ↑Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации. Поглавный. Под ред. А.Л. Маковского. Статут, 2008

Когда правообладатель товарного знака не сможет взыскать компенсацию за его использование третьими лицами?

Компенсация как способ защиты исключительных прав на товарный знак набирает все большую популярность. Вместе с тем ведение судебного процесса связано со значительными издержками, поэтому перед инициированием разбирательства важно понимать перспективы удовлетворения исковых требований.

Рассмотрим случаи, когда у правообладателя может не получиться взыскать компенсацию за использование принадлежащего ему товарного знака с третьих лиц.

Третьи лица использовали товарный знак правообладателя до принятия Роспатентом решения о его регистрации

Руководитель отдела делопроизводства

Срок от подачи заявки на регистрацию товарного знака до принятия Роспатентом соответствующего решения может составить более 12 месяцев. Поскольку процедура регистрации товарного знака достаточно продолжительная, предприниматели задаются вопросом, можно ли взыскать с третьих лиц компенсацию за использование принадлежащих им товарных знаков за тот период, когда заявка уже подана, но Роспатент еще не принял решение о регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 1491 Гражданского кодекса исключительное право на товарный знак действует в течение 10 лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в Роспатент.

Исходя из данной нормы, исключительное право на товарный знак возникает после подачи заявки в Роспатент. Следовательно, использование третьими лицами принадлежащего правообладателю обозначения после подачи заявки, но до принятия решения Роспатентом о регистрации товарного знака должно признаваться нарушением его исключительного права.

Таким образом, предприниматели полагают, что могут взыскивать компенсацию за несанкционированное использование принадлежащих им товарных знаков в указанный период. Вместе с тем судебная практика по данному вопросу сложилась неоднозначная. Поэтому рассмотрим случаи, когда при аналогичных обстоятельствах суды приходили к совершенно противоположным выводам.

Так, 2 сентября 2014 года ООО “Студия анимационного кино “Мельница” подало в Роспатент заявку на регистрацию в качестве товарного знака обозначения “Три богатыря. Ход конем”. До принятия Роспатентом решения о регистрации студии стало известно, что третье лицо без ее согласия реализует DVD-диски и раскраски под указанным обозначением. Тогда студия произвела закупку контрафактных товаров, чтобы зафиксировать факт нарушения своих исключительных прав.

Читайте также:  Доли в оплате за коммунальные услуги

После принятия Роспатентом решения о регистрации товарного знака студия обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак. Исковое заявление было удовлетворено. При этом суды отклонили довод ответчика о том, что использование обозначения до его регистрации в качестве товарного знака не может рассматриваться как нарушение исключительных прав правообладателя (постановление Суда по интеллектуальным правам от 7 июня 2017 г. по делу № А08-2700/2016).

В другом деле суды пришли к противоположным выводам.

14 сентября 2012 года ООО “Маша и Медведь” подало заявку на регистрацию двух изобразительных товарных знаков. После подачи указанных заявок, но до даты принятия Роспатентом решения о регистрации компании стало известно, что ее права нарушаются третьими лицами. Чтобы зафиксировать факт нарушения своих прав, компания произвела закупку контрафактных товаров.

Основываясь на п. 1 ст. 1491 ГК РФ, компания посчитала, что ее исключительные права на зарегистрированные товарные знаки действуют с момента подачи соответствующих заявок, а, значит, подлежат защите. Поэтому после принятия решения о регистрации заявленных обозначений в качестве товарных знаков компания обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 505856 и № 505857.

В результате компании не удалось взыскать компенсацию за использование принадлежащих ей обозначений. Судом по интеллектуальным правам было отмечено, что в соответствии со ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак принадлежит лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак. При этом совершенные другими лицами до государственной регистрации товарного знака действия по использованию сходного обозначения не являются нарушением исключительного права и к таким лицам не могут быть применены меры ответственности, предусмотренные гражданским законодательством (постановление Суда по интеллектуальным правам от 17 февраля 2017 года № С01-1271/2016 по делу № А71-990/2016).

Истек срок исковой давности для предъявления требований о взыскании компенсации

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с Постановлением Президиума ВАС РФ от 2 апреля 2013 года № 15187/12 по делу № А42-5522/2011 законом не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, в связи с чем к требованиям о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака подлежит применению общий срок исковой давности.

Таким образом, требования о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака должны быть заявлены в течение трех лет с момента, когда правообладателю стало известно о нарушении его исключительных прав. В противном случае правообладателю может быть отказано в удовлетворении требований о взыскании компенсации.

Так, ООО “Девелопмент” обратилось в суд с требованием к ОАО “Сбербанк России” о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 335609 “Мы всегда рядом”. В процессе судебного разбирательства банк заявил о пропуске срока исковой давности. Поскольку требование компании было заявлено по истечении трехгодичного срока, суд отказал в удовлетворении исковых требований (постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 декабря 2013 года № С01-300/2013 по делу № А40-221/2013).

Как увеличить компенсацию за нарушение интеллектуальных прав в несколько раз? Лайфхак

Креативный способ увеличения компенсации за нарушения авторских прав и прав на товарные знаки используют правообладатели мультсериала «Маша и Медведь» и других популярных мультфильмов.

Судьи жалуются, что их завалили исками про смешариков и прочих котиков. Это и понятно, права на «Машу и Медведя», «Смешариков» и другие популярные мультики нарушают все кому не лень. Производители ширпотреба думают, что если на их товаре разместить персонажей, то он будет лучше продаваться. В этом же уверены правообладатели самих мультиков и бегают за нарушителями по всем магазинам и рынкам.

Проблема в том, что минимальная компенсация за нарушение авторских прав – 10 тыс. руб. И суды как правило за одно нарушение не назначают больше, хотя потенциально потолок – 5 млн.

Правообладателям хочется больше – и они проявили смекалку.

Креативный подход по увеличению суммы компенсации оказался достаточно прост. Правообладатели стали требовать выплату компенсации не за одно нарушение права на мультфильм, а сразу за несколько нарушений, но на каждого отдельного персонажа. Если на тетрадке (портфеле, линейке, пенале, футболке) правообладатели видят сразу несколько персонажей «Машу», «Медведя», «Медведицу», «Зайца», «Ежика», «Волка» и «Белку», то просят уже не 10 тыс. компенсации за нарушение прав на мультик, а 70 тыс. за нарушение прав на каждого персонажа. Вот такая мультипликация, извините за каламбур.

По вашему это справедливо? Давайте сначала разберемся в сути спора

(если скучная юридическая составляющая Вам не интересна, мотайте сразу в конец статьи к выводам)

На самом деле вопрос принципиально окончательно не решен. Дело прошло все инстанции до Верховного суда и ушло на второй круг рассмотрения. На днях суд первой инстанции принял новое решение. Но о нем попозже, сначала расскажем в чем суть спора.

В рассматриваемом деле суды вырабатывают критерии для решения вопроса: будет ли незаконное использование сразу нескольких частей одного произведения считаться одним правонарушением или несколькими самостоятельными нарушениями прав на каждую часть произведения?

Кому выгодна та или иная позиция – понятно. Правообладатели получат реальную возможность получать в разы большую компенсацию.

Примечание: с 01.10.2014 согласно норме п. 3 ст. 1252 ГК РФ общий размер компенсации за нарушение прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности в случае, если они принадлежат одному правообладателю, может быть снижен. Однако общий размер такой компенсации с учетом характера и последствий нарушения не может составлять менее 50% суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. То есть – смысл побороться есть и он ощутимый.

Позиции судов: мнения разделились

Правообладатель просил назначить минимальную компенсацию за незаконное использование не произведения в целом, а каждого из семи персонажей мультсериала «Маша и Медведь» как самостоятельных частей произведения. Суды первой и апелляционной инстанций согласились с позицией истца. Это позволило присудить не 10 тыс. руб. за нарушение прав на одно произведение, а 70 тыс. руб. компенсации за нарушения прав на весь зоопарк.

Суд по интеллектуальным правам (СИП) выразил противоположную точку зрения на соотношение части и целого. В своем постановлении суд кассационной инстанции указал, что незаконное использование части произведения (персонажа), даже являющейся самостоятельным объектом гражданского оборота, означает нарушение исключительного права на само аудиовизуальное произведение, поскольку использование произведения — это фактически способ использования его части. Следовательно, незаконное использование нескольких частей (персонажей) одного произведения составляет одно нарушение исключительного права на само произведение. Таким образом, СИП вроде бы как закрыл лавочку для правообладателей по умножению компенсации.

Но Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила постановление СИП и направила дело на новое рассмотрение. Коллегия пришла к выводу, что СИП и суды первой и апелляционной инстанций не определили, были ли основания для признания героев аудиовизуального произведения «Маша и Медведь» его персонажами, а размещенных на канцелярских товарах фрагментов из указанного сериала с их изображением — частями произведения как объектов авторских прав в соответствии с п. 7 ст. 1259 ГК РФ. Отсутствие такой оценки не позволяет определить объекты авторских прав, в отношении которых допустил нарушение ответчик, характер нарушения, а соответственно, и размер компенсации, подлежащий взысканию на основании ст. 1301 ГК РФ.

Анализ спора

Для защиты своих прав истец воспользовался нормой закона (п. 7 ст. 1259 ГК РФ), согласно которой авторские права распространяются на часть произведения, его название, персонаж, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора.

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия для извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, т.е. изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме. Таким образом, изготовление части произведения — это использование самого произведения.

Согласно п. 1 ст. 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя. Это незаконно и влечет ответственность. В ст. 1301 ГК РФ, устанавливающей ответственность за нарушение исключительных прав на произведение, в том числе в виде выплаты компенсации в размере от 10 тыс. руб. до 5 млн руб., определяемом судом исходя из характера нарушения, не упоминается часть произведения как самостоятельный объект охраны.
Суды единодушно признали персонажей мультфильма самостоятельными результатами творческого труда. Однако по вопросу защиты прав на несколько персонажей в составе одного произведения мнения судей разделились. Суды первой и апелляционной инстанций расширительно трактовали закон и дали защиту каждой зверушке как части произведения, не принимая во внимание, что нарушение прав на каждую из них является нарушением права на одно произведение. На этот факт обратил внимание СИП и посчитал неправильным взыскивать компенсацию за каждую из частей одного произведения.

Оценка норм закона – в чем на самом деле логика защиты части произведения

Закон не содержит однозначного регулирования вопроса защиты прав на отдельные самостоятельные части одного произведения. Суды попытались дать критерии для установления справедливой компенсации в данном случае.

Суды первой и апелляционной инстанций согласились с мнением истца и использовали формулу «один персонаж — одно нарушение». Хотя, следуя данной логике, помимо компенсации за каждый персонаж нужно было взыскать компенсацию и за нарушение права на произведение в целом. В таком случае формула была бы такой: «один персонаж — одно нарушение права на персонаж и нарушение права на само произведение».

СИП предложил другую формулу: «одно произведение — одно нарушение», независимо от того, сколько персонажей было незаконно использовано. При применении данной формулы закон не трактуется расширительно и логика использования части произведения как использования самого произведения не позволяет присудить компенсацию за нарушение прав на несколько частей одного произведения как за нарушение прав на отдельные самостоятельные объекты авторских прав. Логика закона в том, чтобы при использовании части произведения, нарушителя тоже можно привлечь к ответственности. Иначе бы все нарушители использовали только часть произведений и спокойно бы уходили об ответственности: «Я же не весь мультик в тетрадку перерисовал!».

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ (определение от 11.06.2015 №309-ЭС14-7875) не посчитала выводы Суда по интеллектуальным правам соответствующими закону. Следовательно, критерии определения границ защиты авторских прав в такого рода спорах окончательно еще не установлены.

Суд первой инстанции при повторном рассмотрении присудил 10 тыс. за каждого персонажа. Здесь можно увидеть весь мультяшный питомник прямо в судебном решении.

Таким образом, мультипликация нарушений пока побеждает! Посмотрим – что будет при повторном рассмотрении в следующих инстанциях.

Выводы

Самое интересное – как нам это может быть полезно?

Если проявить фантазию, то намультиплицировать нарушения можно где угодно!

У вас стащили дизайн сайта? Подаем иск не за нарушение прав на весь сайт, а на каждую фоточку и каждую статью, каждый логотип и т.д.

В программе используется несколько интерфейсов, оригинальных иконок и т.д. – подаем иск не о защите прав на программу целиком, а за каждый самостоятельный элемент.

Хотите получить за нарушение прав на товарный знак больше денег? Регистрируйте больше товарных знаков и подавайте иск не только за нарушение прав на товарный знак, но и за нарушение прав на объект авторского права.

Хороший пример защиты прав – логотип Baby Club

Оставляйте свои расчеты в комментариях. Интересно, кто первый обоснует правильный ответ.

(с) Кирилл Митягин

Только зарегистрированные пользователи могут участвовать в опросе. Войдите, пожалуйста.

Добавить комментарий